План-конспект урока по литературе » Роман «Обломов» в русской критике» (10 класс)

В этом романе разрешается обширная общечеловеческая психологическая задача; эта задача разрешается в явлениях чисто русских, национальных, возможных только при нашем образе жизни, при тех исторических обстоятельствах, которые сформировали народный характер, при тех условиях, под влиянием которых развивалось и отчасти развивается до сих пор наше молодое поколение. В этом романе затронуты и жизненные, современные вопросы настолько, насколько эти вопросы имеют общечеловеческий интерес; в нем настолько выставлены и недостатки общества, но выставлены не с полемической целью, а для верности и полноты картины, для художественного изображения жизни, как она есть, и человека с его чувствами, мыслями и страстями. Полная объективность, спокойное, бесстрастное творчество, отсутствие узких временных целей, профанирующих искусство, отсутствие лирических порывов, нарушающих ясность и отчетливость эпического повествования, – вот отличительные признаки таланта автора, насколько он выразился в последнем его произведении. МысльВ г. Гончарова, проведенная в его романе, принадлежит всем векам и народам, но имеет особое значение в наше время, для нашего русского общества. Автор задумал проследить мертвящее, губительное влияние, которое оказывают на человека умственная апатия, усыпление, овладевающее мало-помалу всеми силами души, охватывающее и сковывающее собою все лучшие, человеческие, разумные движения и чувства. Эта апатия составляет явление общечеловеческое, она выражается в самых разнообразных формах и порождается самыми разнообразными причинами; но везде в ней играет главную роль страшный вопрос: В«зачем жить? к чему трудитьсяВ» – вопрос, на который человек часто не может найти себе удовлетворительного ответа. Этот неразрешенный вопрос, это неудовлетворенное сомнение истощают силы, губят деятельность; у человека опускаются руки, и он бросает труд, не видя ему цели. Один с негодованием и с желчью отбросит от себя работу, другой отложит ее в сторону тихо и лениво; один будет рваться из своего бездействия, негодовать на себя и на людей, искать чего-нибудь, чем можно было бы наполнить душевную пустоту; апатия его примет оттенок мрачного отчаяния, она будет перемежаться с лихорадочными порывами к беспорядочной деятельности и все-таки останется апатиею, потому что отнимет у него силы действовать, чувствовать и жить. У другого равнодушие к жизни выразиться в более мягкой бесцветной форме; животные инстинкты тихо, без борьбы, выплывут на поверхность души; замрут без боли высшие стремления; человек опустится в мягкое кресло и заснет, наслаждаясь своим бессмысленным покоем; начнется вместо жизни прозябание, и в душе человека образуется стоячая вода, до которой не коснется никакое волнение внешнего мира, которой не потревожит никакой внутренний переворот. В первом случае мы видим какую-то вынужденную апатию, – апатию и вместе с тем борьбу против нее, избыток сил, просившихся в дело и медленно гаснущих в бесплодных попытках; это байронизм, болезнь сильных людей. Во втором случае является апатия покорная, мирная, улыбающаяся, без стремления выйти из бездействия; это обломовщина, как назвал ееВ г. Гончаров. Огромная идея автора во всем ее величии своей простоты улеглась в соответствующую ей рамку. По этой идее построен весь план романа, построен так обдуман, что в нем нет ни одной случайности, ни одного вводного лица, ни одной лишней подробности; чрез все отдельные сцены проходит основная идея, и между тем во имя этой идеи автор не делает ни одного уклонения от действительности, не жертвует ни одной частностию во внешней отделке лиц, характеров и положений… (Д.И. Писарев. «“Обломов”. Роман И.А. ГончароваВ»)

Илья Ильич Обломов, герой романа, олицетворяет в себе ту умственную апатию, которой Гончаров придал имя обломовщины. Слово обломовщина не умрет в нашей литературе: оно составлено так удачно, оно так осязательно характеризует один из существенных пороков нашей русской жизни, что, по всей вероятности, из литературы оно проникает в язык и войдет во всеобщее употребление. Посмотрим, в чем же состоит эта обломовщина. Илья Ильич стоит на рубеже двух взаимно противоположных направлений: он воспитан под влиянием обстановки старорусской жизни, привык к барству, к бездействию и к полному угождению своим физическим потребностям и даже прихотям; он провел детство под любящим, но неосмысленным надзором совершенно неразвитых родителей, наслаждавшихся в течение нескольких десятков лет полною умственной дремотой… Он изнежен и избалован, ослаблен физически и нравственно… Кормление на убой, сон вволю, поблажка всем желаниям и прихотям ребенка…, и тщательное удаление от всего, что может простудить, обжечь, ушибить или утомить его, – вот основные начала обломовского воспитания. Сонная, рутинная обстановка деревенской, захолустной жизни дополнила то, чего не успели сделать труды родителей и нянек…

Гнусная привычка получать удовлетворение своих желаний не от собственных привычек, а от других – развила в нем апатическую неподвижность и повергла в жалкое состояние нравственного рабства. Рабство это так переплетается с барством Обломова, так они взаимно проникают друг в друга и одно другим обуславливается, что, кажется, нет ни малейшей возможности провести между ними какую-нибудь границу. Это нравственное рабство Обломова составляет едва ли не самую любопытную сторону его личности… Он раб каждой женщины, каждого встречного… (Н.А. Добролюбов. В«Что такое обломовщина?В»)

Обломов – единственный человек в романе, единственный, чье существование не исчерпывается принятой на себя ролью. В предстоящей свадьбе его больше всего пугает то, что он, Обломов, превратится в В«женихаВ», приобретет определенный, однозначный статус… Гладкому, В«мраморномуВ» Обломову нечем зацепиться за других. Он не способен расщепить свою личность на роль мужа, помещика, чиновника. Он – просто человек (П. Вайль, А. Генис. В«Родная речьВ»)

Нежная, любящая натура Обломова вся озаряется через любовь – и может ли быть иначе, с чистою, детски ласковой русской душой, от которой даже ее леность отгоняла растление с искушающими помыслами. Илья Ильич высказывался вполне через любовь свою, и Ольга, зоркая девушка, не осталась слепа перед теми сокровищами, что перед ней открылись… (А.В. Дружинин. «“Обломов”. Роман И.А. ГончароваВ»)

В«ОбломовВ» – капитальная вещь, которой давно, давно не было… Но что приятнее… это что В«ОбломовВ» имеет успех не случайный, не с треском, а здоровый, капитальный и невременный в настоящей публике. (Л.Н. Толстой)

В 

в–єВ Материалы о творчестве писателя и романе В«ОбломовВ»:

в–єВ Перейти к оглавлению книги В«ОбломовВ» И.А. Гончарова. Краткое содержание. Особенности романа. Сочинения

в–єВ Читайте также книгу Русская классика XIX века. И.А. Гончаров. И.С. Тургенев

M-P-Kljachko-illjustracija-Oblomov-Olga.jpg

Роман «Обломов»Гончарова является выдающимся произведением русской литературы XIX века. В этой статье представлена критика о романе «Обломов» Гончарова: отзывы современников о произведении.Смотрите: Краткое содержание романа— Все материалы по роману «Обломов»

Критика о романе «Обломов» Гончарова: отзывы современников

Министр народного просвещения Евгр. П. Ковалевский (1859 г.): «…Большой роман г-на Гончарова кончен. Литература наша получила в нем капитальное приобретение, хотя некоторые длинноты и отсутствие движения делают чтение его иногда утомительным <…> Герой романа есть существо прекрасно одаренное умственными и нравственными качествами, но совершенно лишенное энергии, вялое и в высшей степени ленивое. Молодая девушка, — один из превосходнейших женских характеров в русской литературе, — привязывается к нему за все то, что в нем есть доброго и честного; с помощию любви надеется похитить его у поглощающей его лени, но безуспешно, и Обломов, презирая себя с каждым днем более и более, тяготясь жизнию, избегая даже воспоминаний о прошедшем, о первой молодости своей, которая широко перед ним раскрывалась, кончает тем, что женится на доброй, но совершенно простой женщине, которая постигла тайну охранить его жизнь от всяких потрясений, всякой заботы и даже всякой мысли, толстеет, лежит, тупеет и получает паралич…» (Евграф П. Ковалевский — императору Александру II, 27 апреля 1859 г.)Педагог и публицист В. Я. Стоюнин (1859 г.): «…каким образом в человеке может сделаться содержанием целой жизни то, что в нас проявляется только минутами, как будто бы следствие русского первородного греха. <…> Мы знаем, как Обломовка усыпительно действовала на коренных жителей, погружая всех в ленивую дремоту, как же она подействовала на Штольца, сообщив колорит русский и вместе с тем нисколько не обломовский?..» (В. Я. Стоюнин, статья «Обломов, роман г. Гончарова», «Русский мир»,1859 г., № 20)Писатель и критик А. В. Дружинин (1859 г.): «…Наперекор всем препятствиям «Обломов» победоносно захватил собою все страсти, все внимание, все помыслы читателей. В каких-то пароксизмах наслаждения все грамотные люди прочли «Обломова». Толпы людей, как будто чего-то ждавших, шумно кинулись к «Обломову». Без всякого преувеличения можно сказать, что в настоящую минуту во всей России нет ни одного малейшего, безуездного, заштатнейшего города, где бы не читали «Обломова», не хвалили «Обломова», не спорили об «Обломове»..» «…Обломов, лучшее и сильнейшее создание нашего блистательного романиста, не принадлежит к числу типов, „к которым невозможно добавить ни одной лишней черты”, — над этим типом невольно задумываешься, дополнений к нему невольно жаждешь, но дополнения эти сами приходят на мысль, и автор со своей стороны сделал почти все нужное для того, чтобы они приходили…» «…ничье обожание <…> не трогает нас так, как любовь Агафьи Матвеевны к Обломову, той самой Агафьи Матвеевны Пшеницыной, которая с первого своего появления показалась нам злым ангелом Ильи Ильича, — и увы! действительно сделалась его злым ангелом. Агафья Матвеевна, тихая, преданная, всякую минуту готовая умереть за нашего друга, действительно загубила его вконец, навалила гробовой камень над всеми его стремлениями, ввергнула его в зияющую пучину на миг оставленной обломовщины, но этой женщине все будет прощено за то, что она много любила. <…> Скорбь Агафьи Матвеевны о покойном Обломове, ее отношения к семейству и Андрюше, наконец этот дивный анализ ее души и ее прошлой страсти — все это выше самой восторженной оценки…» (А. В. Дружинин, статья «Обломов». Роман И. А. Гончарова», 1859 г.)Историк и писатель А. П. Пятковский (1859 г.): «…Обломов… <…> представляет нам целый тип, Обломова вы встретите на каждом шагу, в той или иной одежде, под тем или другим именем — и не нужно быть Помпеем, что бы набрать их целые легионы…» «…слово „обломовщина” стало нарицательным для обозначения жизни в ее „широких гранях”..» («Журнал Министерства народного просвещения», 1859)Критик Н. А. Добролюбов (1859 г.): «…некоторым кажется роман Гончарова растянутым. Он, если хотите, действительно растянут. <…> Никаких внешних событий, никаких препятствий… <…> никаких посторонних обстоятельств не вмешивается в роман. Лень и апатия Обломова — единственная пружина действия во всей его истории…» «…Вы совершенно переноситесь в тот мир, в который ведет вас автор: вы находите в нем что-то родное, перед вами открывается не только внешняя форма, но и самая внутренность, душа каждого лица, каждого предмета. И после прочтения всего романа вы чувствуете, <…> что к вам в душу глубоко запали новые образы, новые типы…» «…»Сон Обломова» и некоторые отдельные сцены мы прочли по нескольку раз; весь роман почти сплошь прочитали мы два раза, и во второй раз он нам понравился едва ли не более, чем в первый. Такое обаятельное значение имеют эти подробности, которыми автор обставляет ход действия и которые, по мнению некоторых, растягивают роман…» «…Обломов есть лицо не совсем новое в нашей литературе; но прежде оно не выставлялось перед нами так просто и естественно, как в романе Гончарова. Чтобы не заходить слишком далеко в старину, скажем, что родовые черты обломовского типа мы находим еще в Онегине и затем несколько раз встречаем их повторение в лучших наших литературных произведениях…» (Н. А. Добролюбов, статья «Что такое обломовщина?», 1859 г.)Писатель и критик А. И. Герцен (1859 г.): «…длинная Одиссея какой-нибудь полузаглохшей, делящейся натуры, которая тянется, соловеет, рассыпается в одни бессмысленные подробности. <…>. Мы <…> без зевоты и отвращения не можем следить за физиологическими описаниями каких-то невских мокриц, переживших тот героический период свой, в котором их предки — чего нет — были Онегины и Печорины…» «…время Онегиных и Печориных прошло. Теперь в России нет лишних людей, теперь, напротив, к этим огромным запашкам рук недостает. Кто теперь не найдет дела, тому пенять не на кого, тот в самом деле пустой человек, свищ или лентяй. И оттого очень естественно Онегины и Печорины делаются Обломовыми. Общественное мнение, баловавшее Онегиных и Печориных потому, что чуяло в них свои страдания, отвернется от Обломовых…» (А. И. Герцен, статья «Very dangerous!!!», 1859 г.)Критик Д.И. Писарев: «…апатия покорная, мирная, улыбающаяся, без стремления выйти из бездействия; это — обломовщина, как назвал ее г. Гончаров, это болезнь, развитию которой способствуют и славянская природа и жизнь нашего общества. Это развитие болезни проследил в своем романе г. Гончаров…» «…Событий, действия почти нет; содержание романа может быть рассказано в двух, трех строках <…>; интерес такого романа, интерес такой жизни заключается <…> в наблюдении над внутренним миром человека…» «…Редкий роман обнаруживал в своем авторе такую силу анализа, такое полное и тонкое знание человеческой природы вообще и женской в особенности…» (Д.И. Писарев, статья «Роман И. А. Гончарова Обломов», «Рассвет», 1859, №10) «…я <…> не считаю Штольца ни высокоразвитым, ни металлически твердым, ни спокойно размышляющим; все эти свойства могут быть приписаны человеку, а я не считаю Штольца за человека. Я вижу в нем довольно искусно выточенную марионетку, двигающуюся взад и вперед по произволу выточившего ее мастера. Еще гораздо искуснее марионетки Штольца выточена другая очень красивая марионетка, Ольга Сергеевна Ильинская; но жизни нет ни в той, ни в другой…» (Д.И. Писарев, «Женские типы в романах и повестях Писемского, Тургенева и Гончарова», 1861 г.)Критик и поэт A. A. Григорьев (1859 г.): «…Обломов Гончарова, этот отвлеченный математический итог недостатков или дефицитов того, что автор романа называет Обломовкой…» «..»Обломова», произведения, уже успевшего наделать много шуму, произведения огромного, но чисто внешнего художественного дарования. Весь «Обломов» построен на азбучном правиле: «возлюби труд и избегай праздности и лености — иначе впадешь в обломовщину и кончишь, как Захар и его барин»..» «…Явился, наконец, давно жданный «Обломов». Прежде всего, он не сказал ничего нового. <…> Успех «Обломова» — что ни говорите — был уже спорный, вовсе не то, что успех «Обыкновенной истории»..’ (A. A. Григорьев, «И. С. Тургенев и его деятельность», (1859 г.)Писатель А. П. Милюков (1860 г.): «…С первого взгляда видно, что <…> автор хотел показать нам в Обломове последний тип, в который переродился Онегин…» «…лень и апатия Обломова происходят не столько от воспитания, как от негодности самой его натуры, от мелкости умственных и душевных сил…» (А. П. Милюков, статья «„Обломов”. Роман И. Гончарова», 1860 г.)Писатель и критик Н. Д. Ахшарумов (1860 г.): «…Давно никто не писал у нас об этом предмете так отчетливо и подробно и не входил в такие микроскопические наблюдения над сердцем женщины <…> и надо отдать автору полную справедливость, все это выточено до последней возможности…» (Н. Д. Ахшарумов. статья «„Обломов”. Роман И. Гончарова», 1860 г.)Рецензия в «Санкт-Петербургских ведомостях» (1859 г.): «…[роман] возбудил при появлении своем бесконечные толки, которые не замолкли еще и теперь, когда уже прошло много месяцев со времени его напечатания, несмотря на множество разнообразных и весьма серьезных интересов, волнующих нашу эпоху. Этот роман принадлежит к числу произведений, о которых долго не перестают говорить и о которых слышатся самые противоположные суждения…» «…Захар и Обломов выросли на одной и той же почве, пропитались одними и теми же соками; их существование связано тесными неразрывными узами; они невозможны друг без друга.<…> Заключительная сцена романа, где Штольц встречается с Захаром, просящим милостыню, проливает яркий свет на идею автора и дает всему роману трагический оттенок. Эта сцена производит на читателя страшное, потрясающее действие…» («Санкт-Петербургские ведомости», 1859, № 284)Критик и литературовед Н. К. Михайловский (1960 г.): «…[Ольга Ильинская] полюбила бы, может быть, Обломова, если бы ей удалось его переработать. Но Обломов не мог перестать быть Обломовым, а потому Ольга не только не любила, но и не могла никогда его любить. Оттого личность Ольги как-то неопределенна, непонятна. Мы не понимаем этой лихорадочной деятельности, порожденной самолюбием и подавляющей все остальные чувства в женщине…» (Н. К. Михайловский, статья «Софья Николаевна Беловодова», 1960 г.)

Знаменитые писатели о романе «Обломов»

М. Е. Салтыков-Щедрин: «…прочел Обломова и, по правде сказать, обломал об него все свои умственные способности. Сколько маку он туда напустил! Даже вспомнить страшно, что это только день первый! и что таким образом можно проспать 365 дней! Бесспорно, что «Сон» — необыкновенная вещь, но это уже вещь известная, зато все остальное что за хлам!… что за избитость форм и приемов! Но если нам, читателям, делается тяжко провести с Обломовым два часа, то каково же было автору проваландаться с ним 9 лет! И спать с Обломовым, и есть с Обломовым, и все видеть и видеть перед собой этот заспанный образ, весь распухший, весь в складках, как будто на нем сидел антихрист! Ведь сон-то мог и не Обломов видеть, зачем же было такую прелестную вещь вставлять в такой океан смрада? <…> Замечательно, что Гончаров силится психологически разъяснить Обломова и сделать из него нечто вроде Гамлета, но сделал не Гамлета… Вообще Обломов на меня сделал такое же впечатление, которое делают говоруны-старички, которых так любят дамы: он раздражил мои нервы.»(письмо М. Е. Салтыкова-Щедрина к П. В. Анненкову, 29 января 1859 г.)Л. Н. Толстой: «..„Обломов” — капитальнейшая вещь, какой давно, давно не было. Скажите Гончарову, что я в восторге от „Облом (ова)” и перечитываю его еще раз. Но что приятнее ему будет — это, что „Обломов” имеет успех не случайный, не с треском, а здоровый, капитальный и не временный в настоящей публике…» (письмо Л. Н. Толстого к А. В. Дружинину, 16 апреля 1859 г.) «…История любви и описание прелестей Ольги невозможно пошло…» (дневник Л. Н. Толстого, 10 октября 1889 г.)Ф. М. Достоевский: «…Обломов. Русский человек много и часто грешит против любви; но и первый страдалец за это от себя. Он палач себе за это. Это самое характеристичное свойство русского человека. Обломову же было бы только мягко. Это только лентяй, да еще вдобавок эгоист. Это даже и не русский человек. Это продукт петербургский. Он также и барич, но и барич-то уже не русский, а петербургский…» (Ф. М. Достоевский, записная книжка 1864—1865 г.)А. П. Чехов: «…Читаю Гончарова и удивляюсь. Удивляюсь себе: за что я до сих пор считал Гончарова первоклассным писателем? Его „Обломов” совсем неважная штука. Сам Илья Ильич —утрированная фигура, не так уж крупен, чтобы из-за него стоило писать целую книгу. Обрюзглый лентяй, каких много, натура не сложная, дюжинная, мелкая; возводить сию персону в общественный тип — это дань не по чину. Я спрашиваю себя: если бы Обломов не был лентяем, то чем бы он был? И отвечаю: ничем. А коли так, то и пусть себе дрыхнет. Остальные лица мелкие, пахнут лейковщиной, взяты небрежно и наполовину сочинены. Эпохи они не характеризуют и нового ничего не дают. <…> Ольга сочинена и притянута за хвост. А главная беда — во всем романе холод, холод, холод… Вычеркиваю Гончарова из списка моих полубогов…» (письмо А. П. Чехова к А. С. Суворину, начало мая 1889 г.) Это была критика о романе «Обломов» И. А. Гончарова: отзывы современников о произведении.Смотрите: Все материалы по роману «Обломов»

Роман Гончарова появился в период подготовки очень важных социальных перемен, прежде всего отмены крепостного права, когда особенно остро встал вопрос об историческом прошлом и будущем развитии «просыпавшейся России».

Н.А.В Добролюбов в статье «Что такое обломовщина?» увидел в «Обломове» кризис и распад старой крепостнической Руси. Илья Ильич Обломов — «коренной народный наш тип» [28, стр.В 75], символизирующий лень, бездействие и застой всей крепостнической системы отношений. Он — последний в ряду «лишних людей» — Онегиных, Печориных, Бельтовых и Рудиных. Подобно своим старшим предшественникам, Обломов заражен коренным противоречием между словом и делом, мечтательностью и практической никчемностью. Но в Обломове типичный комплекс «лишнего человека» доведен до парадокса, до логического конца, за которым — распад и гибель человека. Гончаров, по мнению Добролюбова, глубже всех своих предшественников вскрывает корни обломовского бездействия.

Так сложилась и окрепла одна точка зрения на роман Гончарова «Обломов», на истоки характера главного героя. Но уже среди первых критических откликов появилась иная, противоположная оценка романа. Она принадлежит либеральному критику А.В.В Дружинину, написавшему статью « «Обломов», роман Гончарова».

Дружинин тоже полагает, что характер Ильи Ильича отражает существенные стороны русской жизни, что « «Обломова» изучил и узнал целый народ, по преимуществу богатый обломовщиною» [28, стр.В 109]. Но, по мнению Дружинина, «напрасно многие люди с чересчур практическими стремлениями усиливаются презирать Обломова и даже звать его «улиткою» весь этот строгий суд над героем показывает одну поверхностную и быстропреходящую придирчивость. Обломов любезен всем нам и стоит беспредельной любви» [28, стр.В 114].

Добролюбов, размышляя об обломовщине, выявляя ее социальную суть, отвлекался от конкретного «этого именно» Ильи Ильича. Дружинин, размышляя об Обломове и Обломовых разных времен и земель, отвлекался от конкретных социальных вопросов «сегодняшней» русской жизни.

Дружининский подход к осмыслению Обломова и обломовщины не стал популярным в XIX веке. С энтузиазмом большинством была принята добролюбовская трактовка романа. Однако, по мере того как восприятие «Обломова» углублялось, открывая читателю новые и новые грани своего содержания, дружининская статья стала привлекать внимание. Уже в советское время М.М.В Пришвин записал в дневнике: « «Обломов». В этом романе внутренне прославляется русская лень и внешне она же порицается изображением мертво-деятельных людей (Ольга и Штольц). Никакая «положительная» деятельность в России не может выдержать критики Обломова: его покой таит в себе запрос на высшую ценность, на такую деятельность, из-за которой стоило бы лишиться покоя. Это своего рода толстовское «неделание». Иначе и быть не может в стране, где всякая деятельность, направленная на улучшение своего существования, сопровождается чувством неправоты, и только деятельность, в которой личное совершенно сливается с делом для других, может быть противопоставлено обломовскому покою» [20, стр.В 136].

Писарев в своей статье « «Обломов». РоманВ И.А.В Гончарова» (1859), как и Добролюбов и Дружинин, резко отделяет произведение Гончарова от так называемой обличительной литературы. Это явление иного масштаба. В романе «Обломов», по мнению критика, «общечеловеческий интерес» соглашен с «народным и современным». «Мысль г.В Гончарова, проведенная в его романе, — подчеркивает критик,В — принадлежит всем векам и народам, но имеет особенное значение в наше время, для нашего русского общества» [28, стр.В 70].

Писарев дает свое объяснение умственной апатии, которая владеет героем романа: Илья Ильич не может найти удовлетворительного ответа на вопрос: «Зачем жить? к чему трудиться?» Апатия русского героя, по мысли критика, сродни байронизму. И здесь и там в основе — сомнение в главных ценностях бытия. Но байронизм — это «болезнь сильных людей», в нем доминирует «мрачное отчаяние». А апатия, с ее стремлением к покою, «мирная», «покорная» апатия — это и есть обломовщина. Это болезнь, развитию которой «способствуют и славянская природа и жизнь нашего общества» [28, стр.В 74].

Самое существенное в Обломове то, считает критик, что он человек переходной эпохи. Такие герои «стоят на рубеже двух жизней: старорусской и европейской и не могут шагнуть решительно из одной в другую». Промежуточностью положения таких людей объясняется и дисгармония «между смелостию их мысли и нерешительностию действий» [28, стр.В 76].

В более поздних статьях Писарев будет совсем иначе оценивать творчество Гончарова: в романе «Обломов» он будет находить не «глубокую мысль», а лишь «шлифование подробностей», в главном герое — не оригинальный образ, а повторение Бельтова, Рудина и Бешметева, а психологию Ильи Ильича будет объяснять лишь «неправильно сложившимся темпераментом» [28, стр.В 77]. В литературе о Писареве отмечалось не раз, что эта перемена в суждениях критика объясняется в какой-то мере влиянием резких оценок, которые дал Гончарову и его роману Герцен. Кроме того, заметно сказалось возросшее негативное отношение Писарева к Гончарову-цензору.

В течение года после публикации романа появилось около десятка рецензий, посвященных ему. Критики по-разному восприняли и оценили «Обломова». Но в одном сходились практически все: история Ильи Ильича впрямую соотнесена в романе с вопросом о прошлом и настоящем страны. Признал это в статье «Русская апатия и немецкая деятельность» (1860) и будущий почвенник А.П.В Милюков. Но, в отличие от многих, писавших об «Обломове», он увидел в романе клевету на русскую жизнь.

Вопрос о национальных началах русской жизни — как они представлены в романе «Обломов» — был важен для Ап. Григорьева. Заинтересованное отношение Ап. Григорьева к Гончарову объяснялось тем, что у этого романиста «отношение к почве, к жизни, к вопросам жизни стоит на первом плане».

Но даже громадный талант, по мнению критика, не спас Гончарова от односторонности во взглядах на обломовский мир. Так, в «Сне Обломова» поэтическую картину жизни портит «неприятно резкая струя иронии в отношении к тому, что все-таки выше штольцевщины и адуевщины». Нельзя, считал Ап. Григорьев, с помощью холодного анализа, как «анатомическим ножом», рассечь обломовский мир, потому что «бедная обиженная Обломовка заговорит в вас самих, если только вы живой человек, органический продукт почвы и народности». Обломовка для Ап. Григорьева — та родная «почва», перед правдой которой «склоняется в смирении Лаврецкий», герой «Дворянского гнезда», в которой «обретает он новые силы любить, жить и мыслить». Таким отношением Ап. Григорьева к миру Обломовки объясняется резкость, с которой он отозвался о статье «Что такое обломовщина?» в письме к М.П.В Погодину (1859): «…только [Добролюбов] мог такою слюнею бешеной собаки облевать родную мать, под именем обломовщины…» [28, стр.В 18].

В явных и скрытых спорах об «Обломове» выявлялись расхождения критиков не только в оценке самого романа, но и в понимании важнейших вопросов русской жизни в целом.

Человечность, доброта — эти качества выделил в Обломове Иннокентий Анненский (статья 1892В г.). Из ее названия — «Гончаров и его Обломов» — видно, что критика интересует не только роман, но и его создатель. Статья написана человеком, который убежден, что литературное произведение, так сказать, растет во времени, обнаруживая все новые и новые дополнительные, «сегодняшние» смыслы. Оно живет как отражение в сознании читателя, и это «отражение» и есть предмет критического разбора. Поэтому в статье Анненского подчеркнуты личностная интонация, личностные оценки и выводы. Тезис о том, что в своем романе Гончаров описал психологически близкие ему типы личности, будет подробно развит в работах начала XXВ в., в частности в трудах Е.А.В Ляцкого.

Давно отмеченную объективность Гончарова Анненский толкует как преобладание живописных, зрительных элементов над слуховыми, музыкальными, описания над повествованием, «материального момента над отвлеченным», «типичности лиц над типичностью речей», отсюда — исключительная пластичность, «осязательность» образов.

«Трудную работу объективирования» критик не оценивает как «безразличность в поэтическом материале»: между автором и его героями «чувствуется все время самая тесная и живая связь». Обломов для Гончарова — тип «центральный», он «служит нам ключом и к Райскому, и к бабушке, и к Марфиньке, и к Захару». Итоговая мысль критика: «В Обломове поэт открыл нам свою связь с родиной и со вчерашним днем, здесь и грезы будущего, и горечь самосознания, и радость бытия, и поэзия, и проза жизни; здесь душа Гончарова в ее личных, национальных и мировых элементах» [28, 210 — 212].

Анненскому, человеку рубежа веков, уже ясно, что штольцевская претензия на роль «деятеля» в русской жизни оказалась несостоятельной. Поэтому и позиция Обломова ему кажется не только понятной, но и в какой-то мере оправданной: «Не чувствуется ли в обломовском халате и диване отрицание всех этих попыток разрешить вопрос о жизни?». Анненский дает достаточно субъективный, но яркий, запоминающийся образ деятельного друга Ильи Ильича: «Штольц — человек патентованный и снабжен всеми орудиями цивилизации, от Рандалевской бороны до сонаты Бетховена, знает все науки, видел все страны: он всеобъемлющ, одной рукой он упекает Пшеницынского братца, другой подает Обломову историю изобретений и открытий; ноги его в это время бегают на коньках для транспирации; язык побеждает Ольгу, а <ум> занят невинными доходными предприятиями».

Содержание:

Суть обломовщины по Добролюбову

В своей критической статье Добролюбов рассматривает обломовщину как общественное явление. Люди, в «глубине которых есть обломовщина, много рассуждают», но не могут увидеть истинного пути развития России. Обломов, лежа на диване, мечтает о несбыточном, замыкаясь от реальной жизни. Илья Ильич желает без труда и всяких усилий получить дары от жизни. С детства живя за счет мамок и нянек, Илья Ильич стал их рабом, так как без их помощи обойтись не может.

«Знамением времени» назвал великий критик роман Гончарова. Обломов — не совсем новый тип в русской литературе. Многие его черты были видны еще в Онегине. Затем этот тип со временем претерпевал изменения и на страницах романа Гончарова приобрел простой и естественный вид. Главные черты обломовского характера — инертность и апатия, безразличие ко всему на свете. Объяснить их можно отчасти воспитанием и образом жизни, отчасти — уровнем умственного и нравственного развития.

С ранних лет барчонок привык к тому, что за ним ухаживают «триста Захаров». Мальчику не позволяли самому сделать даже самую малость. Ребенок рос, как «экзотический цветок в теплице, медленно и вяло». Силам, которые просились наружу, выхода не было, и они «никли, увядая». И так воспитывалась большая часть дворянских детей, с теми или иными изменениями. В детстве ему хотелось поиграть с ребятами или убежать куда-нибудь далеко в сад, валяться на траве и наблюдать за облаками.

Иногда это удавалось, и мальчик залезал на голубятню, ловил жуков в садовых зарослях, а то и просто рылся в канале, собирал корешки, очищал их и ел жадно. Теперь же, лежа на диване, Илья Ильич воображал себя храбрым полководцем, завоевателем, художником или философом. Видно, что он человек ищущий и думающий, но барская привычка получать все без каких-либо усилий превратила его в нравственного раба.

В отношении с женщинами обломовцы одинаковы: они пользуются ими, кокетничают, а когда дело коснется серьезных чувств, то в лучшем случае сбегают. Когда Илья Ильич предложил Ольге стать его женой и получил согласие, он начинает пытать девушку, так ли сильно она любит, чтобы прежде стать любовницей.

Когда Ольга потребовала от Обломова решительных действий, он просто-напросто струсил и написал письмо в духе онегинского: что, мол, не так хорош, она еще найдет достойного и т. д.

Оценка образа Штольца

Оценивая образ Штольца в романе, Добролюбов говорит не только о его достоинствах, но указывает и на недостатки. Молодой человек получил по тем временам хорошее образование, обучился, как все дворяне, французскому языку, неплохо играл на фортепьяно. Отец старался вводить сына в практические дела и даже устроил на работу, дав ему должность мастерового. Андрей добросовестно относился к своим обязанностям и вникал в другие хозяйские дела.

Читатель видит Штольца уже в тридцатилетнем возрасте. Он ровесник Обломова, но смотрится моложе, так как физически хорошо сложен и, в отличие от последнего, ведет активную жизнь. Андрей очень организованный человек:

  • во всем любит порядок и всегда этого придерживается;
  • он никогда не сидит без дела и все проблемы решает самостоятельно.

Несмотря на деловитость и практицизм, мужчина способен на нежные чувства. Мужчина искренне влюбляется в Ольгу, и любовь впервые в его жизни начинает занимать большое место. Штольц, по замыслу Гончарова, введен в роман как антипод бездеятельному Обломову, и он пишет: «Сколько Штольцев должно явиться под русскими именами!», но, по мнению Добролюбова, время их еще не пришло. Читатель видит Штольца деятельным, и тот постоянно говорит, что надо трудиться, чтобы изменить жизнь.

Он много раз помогает наладить дела лежащего на диване друга (приобретение Обломовки и возврат векселя), но как это делается, писатель не показывает, так как он «не дорос еще до идеала общественного русского деятеля».

Штольц успокоился, обретя личное счастье, но, чтобы уйти от обломовщины, как утверждает критик, нужно «расчищать лес, чтобы выйти на большую дорогу». Делал ли что для этого Штольц — в тексте произведения не видно, а без этого образ Штольца не мог полностью удовлетворить Добролюбова.

Ольга Ильинская

Не обращая внимания на правила приличия и репутацию, Ольга едет к любимому домой, и, заметив малейшую фальшь в словах и поступках Обломова, прямо говорит об этом. Тем не менее, терпя с его стороны неприятности и насмешки, девушка продолжает любить Илью Ильича до тех пор, пока полностью не убеждается, что перед ней — дрянной человек. Тогда Ольга решается сказать, что прекращает с ним всякие отношения, этим самым уничтожив Обломова, как еще никто из обломовцев в истории литературы не был уничтожен женщиной:

  1. Если вспомнить прощальное письмо Татьяны К Онегину, то та отказывает любимому мужчине только из чувства долга. В ином случае, по мысли Добролюбова, девушка бы бросилась Евгению на шею.
  2. Наталья в «Рудине», простившись с возлюбленным, понимает, что он не любит ее, и долго переживает по этому поводу.
  3. Что касается Печорина, то ко времени их объяснения княжна Мери уже ненавидела его всем сердцем.

В сравнении с ними, Ольга прямо говорит, что любила будущего Обломова, которого создала в своем воображении. Илья же, спрятав голову под крыло, ничего не хочет, а Ольга другая: «мне мало этого, мне нужно чего-то еще, а чего — не знаю». Отклик своим чувствам и волнениям девушка находит в Штольце, она любит и любима, но осознает, что ее что-то тревожит, но полностью автор не описывает этих тревог.

Читатель может только догадываться, что это «в ее сердце и голове веяние новой жизни, к которой она несравненно ближе Штольца».

Другие критики о романе

Сразу же после известной статьи Добролюбова в 1859 году публикуется работа А. В. Дружинина «Обломов. Роман Гончарова». Если выразиться кратко, то, оценивая писательский талант, критик называет произведение «лучшим и сильнейшим созданием нашего блистательного романиста». Характеризуя Обломова «с чистою, детски ласковой русской душой», он восторженную оценку дает Агафье Матвеевне Пшеницыной.

Она «много любила» Обломова, хотя и «загубила его вконец, навалила гробовой камень над всеми его стремлениями». По мнению Д. И. Писарева, Илья Ильич Обломов олицетворяет «умственную апатию», которую сам автор назвал «обломовщиной». Определение, характеризующее «существенные пороки нашей русской жизни», считал критик, должно войти во всеобщее употребление.

Если Добролюбов поставил героя Гончарова рядом с Онегиными и Печориным, то Писарев считает апатию Ильи Ильича спокойной и мирной, тогда как у «лишних людей» она вынужденная. Образование дало ему умение ненавидеть праздный образ жизни, но барское изнеженное воспитание дало свои плоды: он искренне сочувствует мыслям о долге и труде и продолжает лежать на диване. Н. К. Михайловский, одна из статей которого была посвящена характеру Ольги Ильинской, считает ее личность неопределенной и непонятной.

По его словам, эта женщина не любила бездействующего Обломова; и, может быть, их отношения развивались и дальше, если бы ей удалось переделать скучающего друга по своему усмотрению. Министр просвещения Ковалевский в письме к императору дал высокую оценку произведению Гончарова, вместе с тем отметив некоторые описания в романе слишком утомительными. Герой романа, считал он, положительный и добрый по натуре человек, но даже любовь не смогла избавить его от лени и заставить действовать.

Все больше ненавидя себя и презирая жизнь, не желая вспоминать о прошедшем, Илья Ильич женится на доброй и любящей его простой женщине, «толстеет, лежит, тупеет и получает паралич». На уроке, посвященному теме «Роман „Обломов“ в русской критике», нужно научить школьников сопоставлять взгляды на образ Обломова и «обломовщину» в дореволюционном и современном литературоведении, используя сравнительную таблицу и конспекты с цитатами из статей.

Таким образом, Добролюбов называет «обломовщиной» типичный образ жизни русского барства, сопровождающийся ленью, апатией и бесцельным существованием. Причины этого явления, по мнению критика, надо искать в крепостном укладе жизни царской России накануне реформы 1861 года. Пошлое мещанское существование, которое выбрал и на которое обрек себя главный герой, отказавшись от настоящей любви и высоких жизненных идеалов — в этом трагизм жизни для писателя Гончарова.

Еще тесты

Читайте также

Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормилРассказ Дедушка (Н.А. Некрасов)Песня о Соколе (Максим Горький) Бедные люди (Ф.М. Достоевский)

Используемые источники:

  • https://licey.net/free/11-обломов /50-_oblomov__ia_goncharova_kratkoe_soderzhanie_osobennosti_romana_sochineniya/stages/2502-kritiki_o_romane__oblomov__i_tvorchestve_ia_goncharova.html
  • https://www.literaturus.ru/2016/05/kritika-oblomov-goncharov.html
  • https://vuzlit.ru/584815/roman_oblomov_russkoy_kritike
  • https://nauka.club/literatura/kritika-dobrolyubova-oblomova.html

Оцените статью
Рейтинг автора
5
Материал подготовил
Андрей Измаилов
Наш эксперт
Написано статей
116
Litera.site - литературный сайт